Агляд

Экономический кризис в Беларуси углубляется: национальная валюта резко ослабла

В среду ЦБ Беларуси снял ограничения на обменный курс белорусского рубля, и эта валюта резко потеряла в цене, сообщает The New York Times. Все эти события ожидались заранее. “Но стремительное обрушение валюты – примерно на 25% к американскому доллару за один день – подействовало на нервы и вызвало небольшие колебания на европейских биржах”, – отмечает журналист Эндрю И.Крамер.


Анна Гуцол, лидер женского движения FEMEN : Судьба демократии (фото)

Несмотря на колоссальную силу воли, белорусские активисты не в состоянии противостоять мясникам из местного КГБ. Шантаж, пытки и тюрьма – вот методы опричников Лукашенко. Лукашенко – это не проблема Беларуси, это проблема всего демократического мира. Мы решили помочь, нам не безразлична судьба этой страны.





Пракурор просіць Лобану і Федаркевічу па 3,5 году строгага рэжыму, Сакрэту, Казакову, Дароніну, Мацукевічу — па 4 гады.Суд, чацьвёрты дзень

11 траўня ў судзе Маскоўскага раёну Менску працягваўся працэс над удзельнікамі Плошчы. На лаве падсудных: Дзьмітры Даронін, Сяргей Казакоў, Уладзімер Лобан, Віталь Мацукевіч, Яўген Сакрэт, Алег Федаркевіч. Яны абвінавачваюцца па частцы 2 арт. 293 «Масавыя беспарадкі».



Леонид Заико: Нынешняя ситуация в экономике Беларуси абсолютно абсурдна

Директор АЦ “Стратегия” Леонид Заико в интервью Deutsche Welle объяснил, какую угрозу несет рублевым вкладам населения валютный кризис в Беларуси, и дал совет, во что лучше всего вкладывать свои сбережения.


Нескончаемые вопросы по Чернобылю

С момента самой страшной атомной катастрофы в истории, произошедшей на Чернобыльской АЭС, прошло 25 лет, но мы все еще не знаем, какой ущерб для здоровья она может повлечь за собой в конечном итоге, пишет The New York Times в редакционной статье.


Беларусь в оковах рабовладения

Хотя беларусы и отличаются высокой степенью терпения и пассивности, но увеличение безработицы, задержки с зарплатой могут привести и к локальным забастовкам и социальным протестам. В этих условиях репрессивный аппарат станет единственным инструментом сохранения власти.